Размер шрифта: A A A
Цвет сайта: A A A A
Вернуться к обычному виду

Федосеев Иван Васильевич

Ивану Васильевичу Федосееву – 80 лет!

В Зале истории УФСБ Иркутской области есть стенд, посвященный Ивану Васильевичу Федосееву. На нем написано:

«Федосеев Иван Васильевич родился 7 ноября 1941 г. в крестьянской семье - респ. Мордовия.

В 1959 г. после окончания индустриального техникума был назначен старшим мастером на минераловатном заводе, избирался вторым секретарем Нижне-Туринского горкома комсомола, участвовал в строительстве Качканарского горно-обогатительного комбината.

В 1961 переехал в Сибирь, отслужил в Советской армии, окончил Иркутский политехнический институт, десять лет работал начальником цеха на Ангарском керамическом заводе, затем в течение 3-х лет был избран вначале заведующим отделом, а потом секретарем Ангарского горкома партии. Решением ЦК обкома партии рекомендован на учебу на курсы в высшую школу КГБ.

С 1979 г. на оперативной работе в УКГБ СССР по Иркутской области. В 1987 - 1990 гг. начальник УКГБ СССР по Иркутской области. 

1..png

Фото со стенда из Зала истории 

С мая 1990 года зам. начальника УКГБ СССР по защите советского конституционного строя. В этом же году на первых выборах народных депутатов России был избран депутатом по Ангарскому округу (1990-1993), член Совета Республики Верховного Совета РФ.

В январе 1991 года работал в Вильнюсе Литовской республики, защищая нашу государственность, при продолжающемся неконституционном распаде Советского Союза.

В сентябре 1993 г., когда была устроена блокада Верховного Совета РСФСР и готовился расстрел Советской власти, Иван Васильевич из Дома Советов обратился к избирателям через радио «Свобода» о попрании Конституции РСФСР, о государственном перевороте. Этим самым он выполнял свой гражданский и патриотический долг.

2000 г - заместитель руководителя представительства Иркутской области при Правительстве России.

2003 г. - работает в общественной организации "Иркутское землячество "Байкал" - Первый заместитель председателя правления.

 Имеет правительственные награды».

Скупые строки, и за ними, казалось бы, - вся жизнь... Но только фактами биографии не передать ее многоцветье, ее взлеты и падения, ее бурное течение, ее поэзию, а также роскошь человеческого общения и тесную связь собственной судьбы с судьбами Родины...

Дата его рождения состоит из двух памятных всем людям в нашей стране дат - 7 ноября 1941 года. Отец в то время был уже на фронте, прошел всю войну и скончался в госпитале от ран через девять дней после победы, так и не увидев сына. Вот так начиналась жизнь. Но у Вани была замечательная мама. «Она не окончила ни одного класса даже церковно - приходской школы, но у нее была щедрая душа, которая умела любить. И вот через эту любовь она сумела во мне и в сестре воспитать и вкус к жизни, и соответствующие ценности, на которые надо в жизни ориентироваться» – говорил Иван Васильевич в одном из интервью Восточно-Сибирской правде.

 Далее из того же интервью:

«Первая моя специальность — технология силикатов. Звучит достаточно загадочно, а это всего-навсего производство стройматериалов. И здесь я усвоил одну истину: если ты специалист в какой-то отрасли знаний, то это дело становится тебе интересным.

А в Иркутск меня поманила романтика. Мама, когда шила, сидела за машинкой и все время напевала: "Далеко в стране Иркутской…" И хотелось на Байкал, на Ангару. И я приехал сюда, и десять лет работал на Ангарском керамическом заводе, до тех пор, пока не был избран вначале заведующим отделом, а потом секретарем Ангарского горкома партии».

Он рано познал тяжелый труд, и даже сейчас не уходит от любой работы. На Ангарский керамический завод он пришел, когда ему было 18 лет. Работал мастером, начальником цеха. Тревога за родную природу заставляла его искать технические решения и внедрять экологически чистые технологии. Это требовало новых знаний, - и он заканчивает Иркутский политехнический институт по специальности техника силикатов.

Активная жизненная позиция Ивана Васильевича, его неравнодушие к людям были скоро замечены, и он избирается вначале заведующим отделом, а потом секретарем Ангарского горкома КПСС. Зарождавшееся тогда экологическое движение нашло в лице нового секретаря горкома последовательного сторонника и сильного защитника. Федосеев выступает в центральных и местных газетах с открытой поддержкой самых смелых экологических проектов ангарчан. Его поддерживают рядовые коммунисты, большинство жителей города. 

2.jpg

В 1977 году Иван Васильевич Федосеев по решению парторганов направляется на работу в КГБ. И здесь он, прежде всего, учится, осваивает новую профессию чекиста, работает по 10-12 часов в сутки. Через десять лет его назначают начальником Управления КГБ по Иркутской области. Вскоре под его руководством грозное учреждение превращается в защитника демократии в Иркутском регионе.   

3.jpg

1984 год  

Снимается завеса излишней секретности, в коллективе поощряется творческий поиск, разумная инициатива. Деятельность чекистов ориентируется на защиту интересов людей, в строгом соответствии с законом. Управление КГБ проводит огромную, кропотливую работу по реабилитации жертв сталинских репрессий. Федосеев сотрудничает с обществом "Мемориал", поддерживает Байкальское и Детское экологическое движения.   

4.jpg

5.jpg

1988 год   

Из интервью Восточно-Сибирской правде:

« - Известно, что вы были начальником Управления КГБ Иркутской области, затем заместителем начальника одного из управлений КГБ СССР. Некоторые люди сейчас считают, что работа в КГБ не самая почетная. А ваше мнение каково?

- Я думаю, что у тех людей, которые с недоверием относились к органам госбезопасности, были для этого основания. Память о репрессиях 30-40 годов давала для этого более чем серьезные основания. Поэтому перед Ю.В. Андроповым, который возглавил КГБ, и теми, кто вместе с ним пришел работать в "органы", стояла нелегкая задача — заложить такую основу, чтобы подобного рода преступления никогда не смогли бы повториться. Андропову это в значительной мере удалось. В том числе потому, что он смело привлекал в органы госбезопасности новых людей, которые знают жизнь не только с чекистских позиций.

В Иркутской области мы тоже чувствовали моральную ответственность за те чудовищные нарушения закона, репрессии сталинской поры. Тысячи дел были подняты из архивов для того, чтобы наконец разобраться, насколько обоснованы были предъявляемые обвинения. Можно сказать, это была скорее правозащитная деятельность. Добрую память многих людей удалось тогда восстановить. Но где же оно, это страшное кладбище, где хоронили жертв репрессий? Наши бесславные предшественники умели тщательно маскировать следы своих преступлений: они не оставляли никаких документальных свидетельств. Мы считали, что именно мы, работники органов госбезопасности, должны найти его. Были исхожены и изъезжены сотни километров, пробиты тысячи шурфов. В конце концов, место захоронения было обнаружено. Сейчас там мемориал, и у родственников погибших есть куда положить цветок, отдать дань памяти.   

6.png

Когда в Пивоварихе происходили раскопки, мы специально привозили туда наших молодых сотрудников. Боль памяти — лучшее средство от повторения подобного. Так наши сотрудники проходили нравственное очищение и серьезный экзамен на то, чтобы действительно служить обществу, народу, а не быть карательным инструментом тоталитарного государства. Поиск мы вели в тесном сотрудничестве с общественностью города, с активистами общества "Мемориал". В контакте с ними идет сейчас и процесс реабилитации незаконно репрессированных в тридцатые-сороковые и в начале 50-х годов. Сегодня реабилитировано около 20 тысяч жителей Иркутской области. Эта работа продолжается.

Именно в те годы я остро ощутил, что служить Родине — значит помнить прошлое и верить в ее будущее».


Более 30 лет прошло с тех пор, как в Пивоварихе под Иркутском появился Мемориальный комплекс памяти жертв политических репрессий. В 1989 году здесь вскрыли всего четыре рва-накопителя глубиной 5 метров и длиной от 7 до 30 метров. Каждый из них до самого верха наполнялся телами, а потом засыпался слоем земли в 30–40 см. Только из этих братских могил были подняты и перезахоронены останки 309 человек.

7.png

Сколько ещё ненайденных, неопознанных и не отпетых по-человечески тел укрывает страшный лес, до сих пор неизвестно. Некоторые историки утверждают, что в пивоварихинском лесу захоронено около 27 тысяч человек. Издано 7 объемных томов Книги памяти с перечислением погибших, пока дошли до буквы «Ц».

Популярность Ивана Васильевича Федосеева у жителей области становится настолько высокой, что в марте 1990 года они избирают его народным депутатом Верховного совета Российской Федерации – из 8 кандидатов выбрали именно его.

Кто его поддерживал?

«Федосеев был в числе первых областных руководителей, которые выступили в поддержку Байкальского экологического движения в их борьбе с реализацией проекта трубопровода БЦБК-Иркут (т.е. против постановления Политбюро ЦК КПСС!). Не без вмешательства Федосеева давление на участников экологических митингов прекратилось. На страницах областной газеты он заявил, что верит в чистоту и честность мыслей и поступков этих людей. Это была серьезная моральная поддержка». - Из заявления Фонда Байкала, 1990 г.

«Кто поддерживает Федосеева? - Рабочие-керамисты Ангарска, металлурги Шелехова, учителя, журналисты, представители различных экологических движений, ученые, лесники, пострадавшие от репрессий старики, и еще многие. По уму, знаниям и доброжелательному отношению к людям таких, как Федосеев, немного!..» - В.А.Рахальский, зам.начальника цеха ИркАЗа, 1990 г.

«Мы, школьники школы N 45 "Стрижи", обращаемся к вам, взрослым, с просьбой голосовать за Ивана Васильевича Федосеева. Потому что он человечный человек. Он нами проверен в трудное для "Стрижей" время…» - 32 подписи школьников, 1990 г.

«В силу специфики деятельности общества "Мемориал" нам пришлось столкнуться с начальником Управления КГБ по Иркутской области И.В.Федосеевым. У нас появилась возможность сравнить, как органы госбезопасности относятся к общественным неформальным движениям в различных регионах страны. Должны со всей ответственностью заявить, что положение у нас в области одно из самых лучших по стране. И это мы связываем с личностью руководителя этого ведомства.

С самого начала работы общества "Мемориал" Управление КГБ оказало всемерную поддержку всем нашим начинаниям. Это выражается и в том, как оперативно рассматриваются обращения репрессированных и членов их семей, и в том, какая большая помощь была оказана в поиске мест массовых захоронений в окрестностях Иркутска и финансовой поддержке движения. Конструктивный диалог между нами и Управлением госбезопасности - это факт, достойный общесоюзного внимания» – а это признательность общества Мемориал.

В мае 1990 года И.В.Федосеева переводят в Москву. Он становится заместителем начальника УКГБ СССР по защите советского конституционного строя. В этом же году на первых выборах народных депутатов России он был избран депутатом по Ангарскому округу (1990-1993), являлся членом Совета Республики Верховного Совета РФ, членом Конституционной комиссии, принимал участие в работе групп "Военнослужащие" и "Север", был координатором фракции "Россия".  

8.jpg

А.И.Шиверских, И.В.Федосеев, Ф.Д Бобков, О.Г.Агеева  

В январе 1991 года он был в Литве. И снова выдержка из интервью:

«Те события отзываются болью не только в памяти литовского народа, но всех, кто принимал в них участие. Я считал и считаю, что меры, которые предпринимались руководством страны, были необходимы. Мы защищали нашу государственность. Допустить неконституционный распад такой огромной страны, как Советский Союз, безусловно, было нельзя.

Да, в Вильнюсе случилась беда — погибли люди. Но, я уверен, что нам тогда удалось сберечь тысячи жизней, не допустить настоящей войны.

То, что предотвратить распад страны все-таки не удалось, обернулось такими потерями для нашего народа, о которых в то время говорили только очень дальновидные и смелые политики. И сколько человеческих жизней унесли войны на территории бывшего Союза! В Чечне, Таджикистане мы до сих пор расхлебываем последствия именно этого процесса».

Наверное, самыми большими трагедиями в его жизни был распад Советского Союза и расстрел Верховного Совета Российской федерации. Думаю, история со временем расставит все по своим местам и воздаст должное Ельцину и Горбачеву за уничтожение страны, которую они должны были оберегать и защищать. После этих событий Иван Васильевич работал в разных местах, пока в 2000 году не стал заместителем руководителя представительства Иркутской области при Правительстве России.

Выдержка из интервью того времени (Восточно-Сибирская правда от 07.06.2001):

« - Вы уже долгое время работаете в представительстве Иркутской области в Москве. Расскажите, пожалуйста, что это за работа, чем вообще занимается представительство области?

- Борис Александрович Говорин меня пригласил в свою команду сразу же, как только был избран губернатором. Я на эту работу согласился, и, честно говоря, она дает мне большое удовлетворение. В Москве идет разработка законов, других нормативных документов, которые напрямую касаются жизни регионов и, в частности, Иркутской области.

Чем мы занимаемся? Нам удалось довести до логического конца семилетнюю труднейшую работу над государственным законом о защите озера Байкал. Надо было преодолеть сопротивление депутатов Государственной Думы, найти союзников в правительстве, в администрации президента. Сейчас закон принят, и он работает. Если раньше нам на природоохранные мероприятия выделялось 3-5 млн. руб, то сейчас эта сумма составляет на порядок больше, около 60 млн. руб. На это уже что- то реально можно сделать. Сейчас из этих средств финансируется строительство очистных сооружений в Слюдянке и Байкальске, другие работы, связанные с улучшением экологии в зоне Байкала.

Принят очень важный закон по условиям разработки проекта Ковыктинского газоконденсатного месторождения. По поручению губернатора я возглавлял рабочую группу, занимавшуюся этим законом. Закон принят, и сейчас это работает на привлечение инвесторов для освоения месторождения. И шансы реализовать проект в оптимальные сроки, соответственно, резко повышаются.

Ну, и главное направление - это, конечно, отношения между бюджетами Иркутской области и федеральным. Иркутская область всегда средств в федеральный бюджет перечисляла больше, чем из него брала. Для того чтобы не допустить дискриминации Иркутской области, надо активно участвовать в этом процессе. Только за счет грамотного перераспределения выделяемых области бюджетных средств мы построили детский дом в Иркутске, в этом году заканчиваем строительство еще одного. Или строительство моста через Ангару. Конечно, если финансирование шло бы, как обычно, по 5-10 млн. руб, его можно строить 50 лет. Наши усилия уже принесли 250-300 млн. руб в год плюс соответствующие статьи областного бюджета, что позволяет построить мост в реальные сроки. И он уже растет — с каждым днем мы видим, как изменяется его контур. Вот если говорить о наиболее существенном, чем занимается представительство. То есть это некая пуповина между областью и федеральными структурами, правительством.

- Иван Васильевич, почему вы согласились возглавить штаб Бориса Говорина?

- Это во многом связно с тем опытом, который я получил, тесно работая с федеральными структурами. Потому что выборы губернатора Иркутской области - это вопрос не только регионального уровня. С учетом той роли, которую играет Иркутская область в экономике Сибири, в экономике страны, это вопрос федерального масштаба. Поэтому, представляя себе расстановку сил в Москве и имея соответствующие контакты на этом уровне, работа в штабе Бориса Александровича Говорина позволяет мне эти знания, опыт использовать наиболее полно.

Есть еще одно обстоятельство, которое, безусловно, сказалось на моем решении. Большая часть моей жизни связана с Приангарьем, Иркутской областью. Сюда я включаю и годы работы в нашем представительстве в Москве. И те добрые отношения, которые меня связывают со многими жителями Иркутской области, позволяют надеяться на то, что, занимаясь руководством штаба, я могу рассчитывать на их понимание и поддержку».

О деятельности И.В.Федосеева в Иркутском землячестве "Байкал" в Москве говорить здесь, на сайте землячества, наверное, бессмысленно – о ней знают все. Поэтому просто размещу здесь несколько фотографий.  

9.jpg

10.jpg

11.jpg

12.jpg

13.jpg

14.jpg

15.jpg

16.jpg

Среди многочисленных талантов Ивана Васильевича есть один особенный: он обладает несомненным литературным даром, причем не только знает и любит литературу, но и прекрасно пишет сам. Наберите в поисковой строке нашего сайта его фамилию и почитайте его статьи о наших земляках. Это великолепные портреты, написанные образным и выразительным языком, со знанием и любовью, с тонко подмеченными черточками характера. Много лет он сотрудничал с газетой «Восточно-Сибирская правда», а поэтому я привожу выдержки из его интервью, посвященного ее 90-летию.

« ВСП 02.10.2007

С позиции мужества

К 90-летию «Восточно-Сибирской правды»

– Иван Васильевич, я полагаю, что без помощи «Восточно-Сибирской правды» вы в своей работе не обходились. Или я ошибаюсь?

– Как на духу: в «Восточке» работали очень симпатичные люди. Я был, наверно, не только читателем – я был ещё человеком, который радовался творческим удачам коллектива и отдельных журналистов «Восточки». Я эту газету любил и люблю. С Геннадием Михайловичем Бутаковым, её редактором в те годы, меня всегда связывали очень добрые отношения. Это выражалось ещё и в том, что на бюро областного комитета партии мы с ним, как правило, всегда выступали солидарно. Иногда в нашу компанию попадал ещё Володя Матиенко, он был кандидатом в члены бюро обкома, возглавляя в ту пору в качестве первого секретаря комитет комсомола области, человек, в силу возраста устремлённый к новому. И мы иногда консерватизму остальных членов бюро противостояли. Были, конечно, такие ситуации, когда на пленуме ОК КПСС я один голосовал против всех, но чаще находил поддержку.

Я не обижен вниманием со стороны «Восточно-Сибирской правды». Очень много публикаций и обо мне, и моих было на её страницах. И, главное, о том деле, которому я посвятил самые хорошие, самые продуктивные годы моей жизни, скажем так. Имею в виду и свою работу в органах госбезопасности в Иркутске, когда интерес к их деятельности стал больше, чем в былое время, поскольку они стали доступны со второй половины 80-х годов для прессы. Но никогда не было со стороны журналистов желания использовать свой авторитет и влияние для того, чтобы подножку поставить. Это была искренняя, заинтересованная и объективная позиция.

Сейчас много желающих со страниц газет лягнуть наше прошлое, задним числом легко быть смелыми. А тогда… В этом отношении гораздо симпатичнее поведение таких писателей, как Борис Черных, Леонид Бородин, Валентин Распутин.

Не сломались!

– Из ваших уст слышать такое неожиданно… Они ведь были в оппозиции к состоянию общества?

– Но не для того, чтобы её демонстрировать. Их самих огорчало, что они вынуждены оказаться в оппозиции. Они в соответствии со своими взглядами поступали и говорили. И если надо было пройти какие-то испытания на прочность в этой связи, они на них шли.

– Да уж как раз испытаниями-то они не были обижены – усилиями органов, не примите на свой лично счёт. Чем больше давила власть, тем эти люди становились крепче. Они как личности сохранили себя, вопреки всему пережитому, что вызывает глубокое уважение.

– Согласен, они, безусловно, имеют право на глубокое уважение со стороны современников и потомков.

– То есть вы какие-то моменты в работе органов госбезопасности определённо осуждаете?

– Даже в рамках того уголовно-процессуального законодательства, которое в ту пору было, можно было не пользоваться этими нормами для репрессий против тех, кто заявлял свой взгляд на действительность. Многое зависело от того, кто принимал решение. Был, например, начальник Иркутского управления Виктор Иванович Демидов. Ему докладывали о том, что Черных создал небольшую организацию, где читают литературу, поступающую из-за рубежа и других источников. Его реакция: да не так уж и велик грех, пусть человек живёт, работает – в конечном счёте, если он умный и честный, то сам сумеет разобраться. То есть Демидов не видел нужды в репрессиях. Пришёл другой руководитель, посланец Москвы, их обоих уже нет в живых – и Демидова, и Лапина Степана Сергеевича. Была и есть такая категория руководителей, которым нужны результаты. Первое же знакомство с архивными материалами натолкнуло Лапина на мысль: надо организовать «дело», и тебе в заслугу поставят твою бдительность. Когда на такие посты попадали, к сожалению, кадры с подобными установками, то ломались судьбы хороших людей. Я считаю, что Черных стал жертвой такого подхода. О Бородине я только знаю, что он был «сидельцем», без иных подробностей, потому что это случилось задолго до моего прихода в органы госбезопасности.

– Кстати, прекрасный писатель.

– Я тоже с удовольствием читаю его произведения. Когда я после Лапина стал руководителем Иркутского управления, то главной заботой моей и моих коллег стало не давать ходу в наших рядах людям с такими чертами характера, с такими наклонностями. Я думаю, что это удалось. Когда в 1993 году имел место государственный переворот, мятеж против конституционных порядков, то Иркутское управление было одним из немногих, коллектив которого принял заявление о том, что в этой ситуации оно будет выполнять решения только конституционных органов власти. То есть до тех пор, пока Ельцин – президент. Это было не анонимное заявление, люди поставили свои подписи, рискуя многим в тех обстоятельствах, проявив себя гражданами, а не винтиками по принципу «чего изволите?». Ельцин не имел права обманывать

– А в 1991 году как ваши коллеги на путч реагировали?

– В это время я был не в Иркутске, а в Москве и возглавлял отдел КГБ по защите конституционного строя. Просто тогда, в 93-м, я был депутатом, и это письмо из Иркутска видел и читал. Когда Ельцин узурпировал власть и отстранил от выполнения функций Конституционный суд, он со многими расправился. В органах должны работать люди с ясной гражданской позицией, не преследующие ни политических, ни меркантильных целей. Сейчас те, у кого есть ресурсы, стараются иметь своих людей и в органах ГБ, и в госаппарате, и в органах внутренних дел.

– Иван Васильевич, а примеры взаимодействия с «Восточкой» можете привести?

– Сейчас это в основном рассказы о выдающихся иркутянах, живущих в Москве и объединённых в землячество. Но не только. У меня о «Восточке» очень много воспоминаний. В своё время «Восточно-Сибирская правда» опубликовала мою статью, которая вызвала большой резонанс не только в Иркутской области. Называлась «Господи, вразуми Ельцина!» Это был, видимо, 91-й год – до путча, ещё Съезд народных депутатов работал, в ту пору, когда Борис Николаевич добивался всё больших и больших полномочий для себя, когда в его поддержку поднимали десятки тысяч шахтёров, которые приезжали в Москву, перекрывали дороги, и когда Союз был серьёзно атакован, поскольку руководителям тогдашней России хотелось полноты персональной власти.

Тогда и вышла эта большая статья, и Бутакову надо было иметь немалое мужество, чтобы её опубликовать. На неё было много отзывов. Помню, Распутин, Хайрюзов заметили и по-доброму выразили солидарность с моей позицией. Но большинство писем было иного характера. Писали в «Восточку» с расчётом, что дойдёт до меня, о том, что ты, мол, кагэбэшник, гнида, мы тебя кастрируем, извините за цитату: как ты смеешь, вроде того, на Ельцина руку и голос поднимать, он, дескать, стоит несокрушимо, поддерживаемый народом… То есть в открытость и честность моей позиции тогда поверили немногие. Я не в обиде на тех, кто так писал, они просто не владели, в отличие от меня, нужным объёмом информации. Они имели право на то, чтобы заблуждаться насчёт Бориса Николаевича, однако он не имел права их обманывать!

Так что отношения с «Восточкой» у меня довольно тесные вплоть до последнего времени. Мы как-то с Владимиром Залмановичем Литвиным, который был в Иркутске одним из руководителей Управления внутренних дел на транспорте, разговорились и вспомнили один эпизод, о котором «Восточка» писала, а потом и центральная пресса, по телевидению рассказывали, поскольку случай был не из рядовых. Двое американцев пытались контрабандным путём вывезти из России культурные ценности, находящиеся под защитой закона: старинные иконы, складни, другие предметы искусства. Тогда мы и провели успешную операцию по их задержанию. Литвин принимал в ней активное участие от транспортной милиции, но мы не были ещё лично знакомы. Эти сокровища, сохранённые для нашей страны, мы передали Иркутскому художественному музею. Это, по-моему, 1990 год.

А в 2003 году, помню, «Восточка» дала мою статью «За кулисами российских финансов», где я делился своими наблюдениями в период выборов депутатов Государственной Думы. Не секрет, что во время выборных кампаний появляется много недобросовестных публикаций. Я ничего подобного не могу сказать о «Востсибправде», но когда дело касалось других изданий, практиковалось такое. Кандидатам в депутаты федерального уровня, губернаторам показывали материал и говорили: если заплатите, статьи не будет, в противном случае завтра материал появится в газете.

– Шантаж и вымогательство?

– Да, это стало распространённым. И то, что «Восточка» до таких методов не опускалась – я, во всяком случае, таких примеров не знаю! – это тоже вызывает к ней уважение. Поэтому единственное, что я хочу сказать: сегодня велика потребность в прессе, которая заявляет о своей позиции мужественно и честно. И моё пожелание «Восточно-Сибирской правде», чтобы она оставалась одним из тех изданий, которые эту потребность удовлетворяют».

Известный журналист, ученый, директор Сибирского научно-исследовательского института СМИ Леонид Бабин описывал, как он долго не мог подобрать подходящий эпиграф к очерку о судьбе этого удивительного человека, Ивана Федосеева. Наконец нашел слова Льва Толстого, на его взгляд, точно отражающие характер и нравственные позиции Ивана Васильевича: "Чтобы жить честно, надо рваться, путаться, биться, ошибаться, начинать и бросать, и вечно бороться и лишаться. А спокойствие — это душевная подлость"… Иван Федосеев постоянно находился в движении, поиске и работе. Его энергия, стремление довести начатое до конца поражают.

При всей занятости Иван Васильевич всегда находил время для семьи, очень ею дорожил. Жена Нина Сергеевна, дочь Юлия и сын Илья всегда могли рассчитывать на его поддержку и помощь. А сейчас к ним добавилось трое внуков. Юля – учитель русского языка и литературы высшей категории, с более чем 30-летним стажем работы. Илья – закончил географический факультет МГУ, в 2014 году защитил диссертацию по теме: «Палеоморфологические условия формирования попутных месторождений рассыпного золота в бассейне Верхней Оки». Золото он нашел где-то недалеко от Калуги. Но сейчас он от этой профессии ушел, получив второе высшее образование.

Рассказывает Юлия Ивановна Федосеева:

«Папа никогда свои проблемы и трудности не переносил в семью, очень бережно к нам относился. Старался, чтобы ничто плохое нас не коснулось, берег наше душевное равновесие, чтобы ни в коем случае нас не расстроить, не причинить боль, несмотря на все трудности и неудобства. За всю жизнь он ни разу не повысил на нас голоса. Очень мало требовал для себя, даже вообще ничего не требовал. Старался быть полезным, помогать, причем помощь эту не навязывал, но когда к нему обращались, помогал всегда, был настоящей мужской опорой. В любых ситуациях к нему можно было прийти за советом, причем совет этот был не эмоциональным, а умным, взвешенным, настоящим мужским советом.

Несмотря на то, что он всегда много работал, по выходным мы часто ходили в походы. Он очень любил сибирскую природу и передал нам эту любовь.   

17.jpg 

Он очень любит сибирскую природу. Поход за кедровыми шишками 

А еще он любит стихи и не только знает их очень много, но и хорошо читает. Раньше, когда с книгами были проблемы, многие стихи я знала только потому, что он читал их нам наизусть. Особенно он любил Вознесенского, Межелайтиса, Евтушенко. Мама, кстати, тоже любит поэзию.

Папа - замечательный дедушка. К внукам он относится очень ответственно, много ими занимается, причем с большой фантазией и выдумкой. Моему сыну скоро исполнится 15 лет, и дедушка стал для него настоящим другом и советчиком».

Юлия Ивановна любезно предоставила нам несколько страниц из фотоальбома, который она подготовила к 80-летию отца.  

18.jpg

19.jpg

20.jpg

     ********************************************************************************************  

В общении Иван Васильевич скромен и прост. И хотя давно снял генеральский мундир, офицерская косточка в нём видна и поныне.

Еще выдержка из интервью ВСП:

« - До какого звания вы дослужились в органах госбезопасности?

- Мне было присвоено звание генерал-майора. Но если уж говорить про мое ощущение генеральского положения, то когда говорят "генерал Федосеев", у меня впечатление такое, что это говорят не про меня. Генералом я себя никогда не чувствовал.

- Несмотря на то, что генералом вы себя не ощущаете, вы офицер. Что для вас значит быть офицером?

- Я думаю, это скорее всего нравственные принципы. Офицер — это определенный образ мыслей и соответствующее поведение, кодекс чести. Вплоть до того, что в транспорте бывает: мальчишки, девчонки сидят, а вокруг них стоят пожилые люди. А те как будто и не видят. Но, если, к примеру, сидит полковник с седыми висками и вошла женщина с сумками, которой тяжело стоять, он тут же встанет и место ей свое уступит. Этот "синдром полковника" во мне есть.

- То есть место уступаете?

- Да, хотя голова седая. Я не хвастаюсь, а говорю это, иллюстрируя вот эту мысль, что офицер — это прежде всего моральная и нравственная категория». 

Безымянный.png

Таков он, Федосеев Иван Васильевич, наш земляк, обаятельный, умный, тактичный человек, всегда готовый прийти на помощь, настоящий профессионал, патриот, преданный Отечеству и офицерскому долгу.

P.S. Немного о личном. О готовности Ивана Васильевича прийти на помощь я знаю не понаслышке. Когда осенью 1991 года мой отец был уволен из органов и его лишили полагавшейся по должности и званию пенсии, оставив лишь минимальную общегосударственную, тем самым мгновенно превратив родителей в нищих, Иван Васильевич просто привез им огромный мешок собственноручно выращенной картошки. Когда моего отца не стало, он, зная, что в семье остались только женщины, установил рядом с могилой своими руками сделанную скамейку. Когда в бурные 90-е я очередной раз потеряла работу, и уже не было сил заняться чем-то серьезным, он протянул руку помощи, предложив поработать с ним в московском филиале турфирмы «Иркутск – Байкал», директором которого он в тот момент являлся. Я никогда этого не забуду, так как буквально отогрелась рядом с ним и полностью пришла в себя, благодаря его моральной поддержке и такту. После чего смогла вернуться к своей обычной деятельности в солидной фирме, в которой и проработала больше 15 лет.

Я не просто предполагаю, а точно знаю, что он помогал многим людям, причем не только тогда, когда его об этом просили, но и когда просто видел, что эта помощь нужна. Мне кажется, что даже если забыть обо всех его должностях и званиях, и о том море серьезнейших дел, которые он переделал, оставив только его человеческую суть, он останется Человеком с большой буквы, обладающим Душой и высокими нравственными принципами, достойным самого глубокого уважения. Низкий ему поклон!

Статью подготовила Е.Г. Клименкова. Использованы материалы «Восточно-Сибирской правды» за разные годы, материалы и фото из Зала истории, присланные Иркутским УФСБ, фотографии Л.А. Кривомазовой, а также фото из семейных архивов Агеевых и Федосеевых.